Хирург Кравченко Борис: «Главное, чтобы пациент доверял своему доктору»

Хирург Кравченко Борис: «Главное, чтобы пациент доверял своему доктору» - 1 - изображение

Известно, что любую проблему легче предотвратить, чем потом заниматься ее решением. О том, как часто проходить обследования, чтобы избежать серьезных недугов, рассказал один из ведущих специалистов запорожской клиники «Мотор Сич» хирург, врач ультразвуковой диагностики Кравченко Борис. 

Также мы поговорили с доктором о видах анастезии, различии плановых и экстренных операций и том, как снизить волнение перед хирургическим вмешательством.

Борис, есть ли заболевания вашего профиля, вероятность возникновения или обострения которых повышается зимой?

В принципе, специфика моей работы не связана с каким-то конкретным временем года. Можно отметить язвенную болезнь, которая часто обостряется в этот период. Но, если ее не запустить, к счастью, в большинстве случаев помогает консервативное лечение и терапевтические методы. А большинство заболеваний брюшной полости, с которыми обращаются пациенты, не зависит от времени года, и может возникнуть в любой момент.

Как часто вы рекомендуете проходить медицинское обследование даже, когда человек чувствует себя хорошо, и каких именно специалистов посещать?

Все люди, достигшие 40-летнего возраста, должны хотя бы раз в год обследовать желудок и толстый кишечник. Мы все должны быть онконастороженными. Мужчинам нужно регулярно проходить осмотр у уролога на предмет заболеваний предстательной железы. Женщинам после полового созревания – посещать гинеколога, в первую очередь, также для предотвращения развития онкозаболеваний, которые связаны с внутренними половыми органами, и проверять молочные железы.

Хирург Кравченко Борис: «Главное, чтобы пациент доверял своему доктору» - 2 - изображение

Какие недуги часто протекают без видимых симптомов, и чем они опасны?

В первую очередь, это как раз вышеупомянутые онкологические патологии. Они могут долго оставаться незамеченными: месяца и даже года. А потом дать о себе знать уже серьезными клиническими проявлениями, с каковыми, собственно, пациенты и поступают к нам в хирургию. Когда у человека появятся жалобы и видимые симптомы, увы, это может быть третья или четвертая стадия заболевания.

Все это, конечно, делает лечение более сложным, дорогостоящим и, что самое важное, влияет на качество и продолжительность жизни пациентов после операции. Не говоря уже о том, что такое «затягивание» заболевания может нести прямую угрозу жизни. Поэтому настоятельно рекомендую всем, как минимум, не избегать таких нелюбимых профилактических осмотров – они могут спасти нам жизнь.

Многие люди до последнего откладывают операцию из-за страха. Что бы вы им порекомендовали? Как именно врач может помочь пациенту справиться с тревожностью и, вообще, на ваш взгляд, должен ли доктор заниматься психологическими аспектами подготовки к оперативному вмешательству?

Страх – это нормальное явление. Я считаю, многое зависит от общения с врачом, который должен расположить пациента к себе, успокоить, поддержать, найти нужные слова, рассказать о планируемом лечении и ответить на все интересующие человека вопросы. Конечно, и это, вряд ли, на 100% избавит от страха – от него никуда не уйдешь, это физиологический процесс, который присущ всем людям.

Также для того, чтобы тревожность не доходила до панического состояния, существуют доктора-анастезиологи, которые не только обеспечивают отсутствие болевых ощущений во время, непосредственно, оперативного вмешательства, но и проводят премедикацию перед ним. Современные препараты несколько притупляют нервную возбудимость. Это важно, чтобы человек мог нормально поспать накануне, а не лежал и думал, что будет, только усугубляя свой страх. Благодаря этим мероприятиям пациент отправляется на операцию в более спокойном состоянии.

Борис, операции бывают плановые и экстренные. В чем основные отличия этих видов оперативных вмешательств и почему доктора настаивают на плановых, когда это возможно?

Можно провести аналогию с погодными условиями. Скажем, именно сейчас идет дождь, а человеку нужно срочно куда-то добежать. Да, скорее всего, он достигнет своей цели, но промокнет, потом придется сушить вещи, испачкается, возможно, даже упадет и ударится. А можно было посмотреть прогноз погоды и, при возможности, справиться с делами раньше. Тоже самое с оперативными вмешательствами.

Если знаете, что у вас, например,  камни в желчном пузыре, которые надо удалить хирургическим способом, но по каким-то причинам или просто нежеланию этого не делаете. Велика вероятность, что, скажем, на отдыхе или в дороге, съедите что-то не то, «прихватит» и придется оперироваться экстренно, причем, не понятно где и в каких условиях. Во-первых, вместо того, чтобы сделать три или даже один небольшой надрез (что почти всегда возможно при плановой лапароскопической операции), может понадобиться полостная. После которой и болевые ощущения будут сильнее и шрам заметнее, и период реабилитации дольше.

Хирург Кравченко Борис: «Главное, чтобы пациент доверял своему доктору» - 3 - изображение

Многие люди боятся не так самого вмешательства, как наркоза: якобы, можно «не проснуться» или «почувствовать боль и не суметь сказать об этом». Насколько эти «страшилки» имеют право на существование? Может ли вообще произойти что-то подобное?

Я за свою практику ни разу не сталкивался ни с чем подобным и, думаю, такого случится не может. Конечно, нужно учитывать общее состояние человека до операции. Если оно тяжелое, возможно, пациент будет дольше «отходить» от наркоза или возникнут какие-то осложнения. Но это уже во многом зависит от профессионализма врача-анастезиолога и полноты дооперационного обследования. Наркоз это выключение сознания, при котором человек ничего не чувствует, не понимает, за него «дышит» аппарат искусственной вентиляции легких.

Известно, что операции также могут проводиться под местной анастезией. Часто ли вы выполняете такие вмешательства? В каких случаях допустимо местное обезболивание, а в каких – только наркоз?

Да, есть спектр оперативных вмешательств, которые не требуют упомянутого выше «выключения» сознания, искусственной вентиляции легких и мониторинга всех жизненно-важных функций. Если предполагается незначительная операция, риск которой ниже, чем самого наркоза, ее лучше выполнить под местной анастезией. Например, грыжи передней брюшной стенки в большинстве случаев можно оперировать, когда человек остается в сознании. Но, если это обширное хирургическое вмешательство, при котором удаляется орган или его часть, или требуется нагнетание воздуха, без которого невозможна лапароскопия, тогда, конечно, необходим только общая анастезия – то есть наркоз.

Хирург Кравченко Борис: «Главное, чтобы пациент доверял своему доктору» - 4 - изображение

Есть ли какие-то запреты на местную анастезию, кроме медицинских?

Конечно, нужно учитывать желание пациента. Ведь у всех разное психологическое состояние, нервная возбудимость, настрой. Многих людей пугает один вид операционной. На эти факторы нужно в обязательном порядке обращать внимание. Если человек хочет спать, а не наблюдать за всем происходящим, можно сделать не общий наркоз, а провести седацию.

Расскажите, подробнее о самых распространенных видах местной анастезии. Какие вы рекомендуете своим пациентам?

Все зависит от объема оперативного вмешательства и уровня квалификации анастезиолога, потому подбирается индивидуально для каждого пациента. Например, может быть просто введен лидокоин, новокоин, маркаин или другой местный анастетик. Они блокируют болевые рецепторы на коже, после чего хирург проводит разрез. В последующем идет инфильтрация послойно каждой ткани. Однако при таком обезболивании человек все равно может испытывать, если не болевые, то неприятные ощущения. В связи с чем, как пациенту порой приходится терпеть, так и хирургу может быть неудобно работать.  Поэтому такое обезболивание я бы рекомендовал только при небольших оперативных вмешательствах.

В других случаях, когда можно обойтись без наркоза, лучше обратиться к спинномозговой или проводниковой анастезии. При них происходит блокирование импульсных сигналов и человек не чувствует боль на определенной части тела, где проводится вмешательство. Например, если удаляется варикоз на ногах, «отключается» нижняя часть тела с помощью спинномозговой анастезии; если оперативное вмешательство на руке, подойдет проводниковая. Более того – современные технологии позволяют проводить блокировку аксилярных нервов под контролем ультразвука.

А врачам комфортнее работать, когда пациент под наркозом или возможность коммуникации с ним во время операции, имеет какие-то преимущества?

Я не могу выделить какие-либо преимущества для хирурга при местном обезболивании. Но, если операцию можно выполнить без наркоза и пациенту при этом комфортно, почему не обратиться к упомянутым выше эпидуральной или проводниковой анастезии? Лично для меня не важно, под наркозом или в сознании находится человек. Главное, чтобы он доверял своему доктору и не испытывал болевых ощущений.

Медицина постоянно развивается. Возможно, в последнее время произошли интересные открытия или появились методы лечения, о которых вы хотели бы рассказать нашим читателям?

В общем-то, на мой взгляд, мы идем в ногу со временем. Единственное – сейчас в мире бурно обсуждают и сравнивают преимущества роботизированной хирургии, которая составляет достойную конкуренцию лапароскопическим малоинвазивным вмешательствам. Это дорогостоящий аппарат – робот Da Vinci. В Украине на данный момент, насколько мне известно, он есть только один, в Виннице. Очень надеюсь, что в будущем такие аппараты будут хотя бы в каждом областном центре.

У меня была возможность испытать его на съезде европейской ассоциации лапароскопических хирургов, во Франкфурте. Это потрясающие ощущения. Надеюсь, с реформированием здравоохранения в будущем наши врачи тоже смогут работать на таких аппаратах, и, в идеале – конечно, хотелось бы, чтобы пациенты могли получать бесплатную медицинскую помощь.


Автор: Зайцева Татьяна

Почніть вводити текст і натисніть Enter для пошуку

Top